pepsimist: (Default)
Есть книги, как лакомство: их читаешь ради удовольствия, читаешь, и причмокиваешь, упиваешься словом, отдельные куски прочитываешь по нескольку раз, потому что нравятся, ты их катаешь на языке и постанываешь от тихого восторга.
Читаешь медленно, продлевая наслаждение, возвращаешься и повторяешь слова и фразы еще раз — ибо вкусно. И не можешь оторваться.
Уже давно пора спать, скоро уже будильник прозвенит, а ты все читаешь и читаешь, только говоришь себе: «ну вот до следующей главы дочитаю — и точно спать».
И знаешь книгу наизусть, можешь не глядя напечатать ее слово в слово, слева направо и задом наперед. Но все равно берешь в руки, и читаешь.
Не потому даже, что книга умная, а потому, что автор виртуозно владеет языком и ему доставляет большое удовольствие играть словами.
А есть книги, как лекарство: возможно, они полезны, но читать их, как ложкой есть крахмал. Давишься, кашляешь, хочется блевать, но зачерпываешь еще ложку, потому что — надо.
Назидательно, нравоучительно, сухо, без души и искры, скучно и уныло, по-менторски отвратительно и с нарочитым безразличием к читателю.
В этих книгах куски тоже часто приходится перечитывать, но не ради удовольствия, а потому что написаны таким суконным тяжелым языком, будто автор поставил себе специальную задачу — измотать читателя, всячески затруднить ему понимание не только сути, но и каждой фразы, каждого абзаца по отдельности.
Но вокруг говорят, что это классика литературы, говорят, не читать эту книгу и не любить этого автора, значить не быть достойным высокого звания культурного человека.
Мое счастье, я человек не культурный, поэтому читаю, слушаю и смотрю лишь то, что сам полагаю достойным своего внимания.
Скажете — позерство? И не угадаете. Просто давно, со школы жизнь научила не зависеть от отметок, оценок, цифр, списков и положения в табеле о рангах.
Попробуйте, это довольно просто, невероятно удобно и очень приятно.

Тем, кто ест крахмал ложками

Оригинал записи на pepsimist.ru: Тем, кто ест крахмал ложками
pepsimist: (Default)
Нет желания с кем-либо общаться. И как-то не о чем. Перебирать в десятитысячный раз гнилые косточки государства — бессмысленно и давно надоело. Глубокомысленно и серьёзно рассуждать на тему выхода чужой страны из чужого союза не могу, ибо ничего в этом не смыслю. И опять же глупо — сколько не рассуждай, все пойдёт иначе. Футбол, слава богу, вроде бы кончился, как и думское бурление говн. Кто-то перед кем-то за что-то действительно извинился или только сделал вид — мне-то что до этого? Оба персонажа этой истории вызывают отвращение и не вызывают интереса. Выяснять перипетии чьей-то частной жизни не хочется, так же, как и рассказывать о своей. Никому не интересно. Даже у меня самого собственная жизнь вызывает минимальный интерес, не выходящий за рамки функционирования организма. За прошедшие года два — выгорел. Это бывает. Иногда обстоятельства так складываются, что эмоций и чувств не остаётся — все кончились, израсходовались подчистую. Надо ждать, пока поднакопятся. А до того времени не расплёскивать и не разбрасывать попусту. Так же и с мыслями — их тоже нет. И их тоже пока приходится не тратить, а бережно собирать и ухаживать, создавая им парниковые условия, в надежде на благополучное течение вот этого всего.

О перегоревшем электричестве

Оригинал записи на pepsimist.ru: О перегоревшем электричестве
pepsimist: (smoker)
Любое количество самых благостных воспитательных речей и увещеваний никогда не переходит в качество.
То есть опыт чужих ошибок, собранный, приготовленный и поданный под сливочным соусом, ничему не учит.
Все достигается опытом, причем, исключительно собственным.
На чужих ошибках не учатся, о них вспоминают, лишь самостоятельно засунув гвоздь в розетку — «Ах, мне же еще мама говорила, предупреждала, учила, а я ее не послушал!»
Чаще всего и собственные ошибки ума не добавляют.
Человек совершает одни и те же ошибки вновь и вновь под девизом «Повторение — мать учения».
А уж чтобы прибавили ума или воспитания чьи-то умные речи и наставления — такого не бывает.
Все эти разговоры можно постараться принять к сведению, но не более.
Все верующие в курсе про десять заповедей, но сколько из этих верующих заповеди соблюдают?
Думаю, не ошибусь, если скажу — ни одного.
Не только потому, что слабы духом и не в силах противиться искушениям, а просто потому, что заповеди, это не устав караульной службы, обязательный к выполнению, а лишь вешки, на которые следует ориентироваться и не отходить от них далеко.
Их можно обойти слева, справа, перешагнуть через них, даже проигнорировать, но все же их следует иметь в виду, чтобы окончательно не заблудиться.
Благочестивые наставления, умные книжки и поучительные притчи годятся в качестве неких мотивирующих посылов, но без собственного опыта и осознания личных ошибок они бессмысленны.
Так что смело суйте пальцы в розетку и наступайте на грабли, главное — запомните ощущения и сделайте так, чтобы их не повторять.

Хождение по граблям

Оригинал записи на pepsimist.ru: О пальцах в розетке
pepsimist: (smoker)
Самостоятельное подведение итогов, столь любимое гражданами перед новым годом или днем рождения, занятие хотя и забавное, но неблагодарное и вздорное.
Возникающее от присущего многим стремления к упорядочиванию всего и вся, к раскладыванию по полочкам, графам, разделам, дебетам-кредитам.
Ну вот, вроде все посчитал, туда-сюда разложил, распихал, вычел, сложил, поделил и получаешь итог.
То есть получаешь то, что сам итогом считаешь, а тут дело тонкое.
Если кому деньги интересны, то и итог соответственно будет выражен в чистой прибыли, ну, или убыли, это кому как повезет.
Если интересны, скажем, спортивные достижения, то и итог будет подводить в кубках, медалях, метрах, килограммах в минуту.
Те, кто больше статусом, креслом, должностью озабочены, примутся новые корочки и значки в сундучке перекладывать, визитки с должностью по логотипу нежно поглаживать.
Ежели кто-то больше по духовной части, то даже сказать сложно, в чем такой персонаж мерить будет. В количестве просветлений на календарный месяц, к примеру.
А кто-то станет записные книжки потрошить, подсчитывать количество появившихся там за год душ на квадратный сантиметр.
Ну и так далее.
Самое главное и интересное во всем этом то, что настоящие итоги подводите не вы, не здесь, и не так.
И измеряют там совсем другое.
Но если все же самому поиграться хочется, то отчего бы и нет, не всё ж серьезным быть.
Главное, суметь честно посмеяться в тот момент, когда станут известны настоящие итоги.

Универсальный калькулятор

Оригинал записи на pepsimist.ru: Плюс на минус деленное на ноль
pepsimist: (Default)
Если бы у меня сейчас были каникулы, как бы я их провел?
А вот понятия не имею.
Ну, была бы физиологическая вкупе с финансовой возможности, смотался бы в европейские части с умеренным климатом на предмет старинной архитектуры.
В общем, наверное, и все.
Из того, что можно потрогать руками, ничего не надо, уже есть.
То есть все, что хотелось бы иметь и трогать.
Вот до архитектуры так и не дотянулся, а все остальное — вот оно.
Это не значит, что обременен машиной, яхтой, виллой, квартиркой в Майями, властью, должностью, деньгами и прочей херней — это всегда было скучно и чуждо, не входило в сферу даже дальних интересов.
А прочее, что можно найти, сделать, создать, придумать или приобрести — есть.
Ну, почти все — иначе было бы скучно и незачем жить.
Ведь нужно не много, нужно — необходимо.
Чтобы было все, но вот совсем чуточку не доставало.
Здоровья бы еще близким и себе, и ничего больше не нужно для хорошей жизни в стране вечных каникул.
Страна только такая нужна.

Жизнь в стране вечных каникул

Оригинал записи на pepsimist.ru: Жизнь в стране вечных каникул
pepsimist: (smoker)
У Булгакова: «Счастье как здоровье: когда оно налицо, его не замечаешь».
Весь спорт, не считая мюллеровской гимнастики, стоклеточных шахмат и стрельбы из игрушечного лука, нужен для разрыва шаблона.
Когда что-то себе ломаешь или калечишь, то начинаешь видеть мир другими глазами, видишь новое, что до того было привычным, а потому не осознаваемым.
Кроме того обретаешь, хотя бы на время, новые привычки, меняешь отношения с окружающими и с миром в целом.
Удачливый спорт, без травм, проигрышей и трагедий, это пустое, но забавное развлечение, разгоняющее кровь по венам и впрыскивающее туда же дозу серотонина для бодрости.
А спорт через не могу, через боль, травмы, ушибы, переломы и потери конечностей, это и вовсе полный и окончательный абсурд и эпическая глупость.
Но глупость героическая, если кому-то такая по вкусу.
Не просто так, наверное, мем «слабоумие и отвага» лихо разошелся по сети.
Спорт, — он для получения здоровья, а не для зарабатывания инвалидности.
И хорошо, если отваги оказывается больше чем слабоумия, тогда последствия проще устранить.
Инъекции, бинты, гипс, бандаж — и костыли будут отброшены, зато останутся отважные шрамы, надлежащие служить украшением и напоминанием о спортивных достижениях и крепости духа.
Кстати, вы обращали внимание, что многим трости очень идут?
То есть некто идет с тростью, которая ему очень идет.
«Ваша трость вам очень к лицу.»
С обычной декоративной тростью или стеком у нас ходить как-то не принято, поэтому франты заменяют их длинным зонтом или тростью из аптеки.
Знал человека, который ходил с такой вот тростью лишь потому, что ему это нравилось.
Трость была ручной работы им же и сделана: строгая, аристократическая, без излишеств, лишь с неброским литым набалдашником.
А чтобы оправдать её наличие, этот джентльмен элегантно прихрамывал.
Так и дефилировал, небрежно опираясь на трость и изящно подволакивая ногу.
Декоративную трость может заполучить каждый дурак, а вот костыль еще заслужить надо, костыль сразу поднимает его владельца на пару уровней выше обывателя, и как бы намекает на некие достижения, силу духа, а заодно придает загадочности.

Костыль, как признак мужественности

Оригинал записи на pepsimist.ru: Костыль, как признак мужественности
pepsimist: (smoker)
Я не веду оживленных переписок в силу разных причин.
Одна из них, это постепенная и все большая виртуализация собеседников, превращение их из существ материальных и реальных в продукт ментальной деятельности.
Когда собеседники со временем уподобляются литературным персонажам, начинающим вести собственную жизнь, независимую от воли и задумки автора.
Писатель задумывает персонажа с определенным характером, предполагая ему некую модель поведения, но со временем обнаруживает, что персонаж не желает поступать и выглядеть согласно авторской задумке, а желает он говорить и делать то, что ему, персонажу самому хочется.
Вот и с собеседниками примерно так же, только последовательность с точностью до наоборот.
Сперва ты общаешься, переписываешься с совершенно реальным человеком с собственным характером, узнаваемым лексиконом и манерой письма, с неожиданными выходками и собственными приключениями, которыми он делится вместе с различными своими соображениями, вы все это обсуждаете, и вообще рассуждаете о конкретных вещах и об отвлеченных материях.
Но через некоторое время общение закономерно затухает и превращается в почти односторонний акт.
Трансформируется в нечто вроде ментального секса в одиночку — и живого партнера нет, и удовольствия тоже нет.
Занятие нелепое, глупое и бессмысленное.
Общение, как и хороший секс, имеют смысл при полном непротивлении сторон, и только когда этих сторон не менее двух.
Одна сторона и в сексе и в общении, это что-то из дзенского коана о хлопке одной ладони.
Великим мастерам медитации это удается, да и то лишь после многолетних упорных практик с последующим просветлением и озарением.
Вот и приходится тренироваться.
Со временем настолько постигнешь буддистскую мудрость, что начнешь писать ответы не получая вопросов, станешь подробно отвечать на ненаписанные письма и внечувственно улавливать еще не пришедшие в голову собеседника мысли, комментируя их с присущим эзотерическим нежным сарказмом.
Если подумать, то в этом есть масса положительных сторон: никогда не зададут неудобного вопроса, отвечать можно на что хочется и как нравится, обидеть или задеть невозможно, и всегда можно спросить даму про объем груди и размер бедер, и самому же писать в ответ те цифры, что хочется увидеть в данный момент, а в качестве визуального подтверждения прикрепить фотографию какой-нибудь джессики-альбы на пляже в гавайях.
Так и общаемся.
Ом мани падме хум....

Zen Garden

Оригинал записи на pepsimist.ru: Эпистолярный дзэн
pepsimist: (Default)
Mozart Piano Concerto

Когда-то, в совсем далекой юности, сейчас уже еле видимой под изморозью скверной памяти и дешевого портвейна, попал я на собеседование к главврачу психдиспансера.
Какая у диспансера возникла нужда в собеседовании, конечно, не помню, но подозреваю, что довели до психушки клешенные джинсы, длинные патлы, и чуждый советскому народу образ мысли, этими патлами и выраженный.
Из всего собеседования, более смахивающего на допрос, запомнилось лишь осатанелая злоба в глазах и интонациях главврача.
Он вообще больше походил на этакого упитанного, но плотно сбитого чиновника из военкомата.
После дежурных вопросов о кличках-явках-паролях «военком» вдруг угрюмо и злобно поинтересовался, а какая музыка мне больше всего нравится.
Не ожидая подвоха, я честно, как на духу сообщил: «Дип Перпл, Лед Зеппелин, Пинк Флойд, Бах, Дебюсси и Моцарт».
Тут харя военкома налилась кровью, глаза вылезли и он принялся орать что-то про проклятых волосатиков, тлетворное влияние и про стандартный набор таких вот эксцентричных психопатов-истериков, мол, все они непременно упоминают Баха, Моцарта и Бетховена, хотя наверняка кроме фамилий больше ничего о них не знают и не слышали.
Что-то он там еще орал и бесновался, в итоге выгнав меня из кабинета с обещанием упечь на полгода в клинику под инъекции аминазина, «где таким волосатикам самое место».
В клинику я все же не попал, но долго удивлялся тому, как выглядят и ведут себя советские психиатры, и жалея, что не смог этому политруку объяснить, что на самом деле давно слушаю и Моцарта и Баха и заслушиваюсь Дебюсси.
Хотя он объяснений и слушать бы не стал, твердо уверенный в своем диагнозе.
А за знакомство с классической музыкой, за пластинки, привезенные из за рубежа и подаренные мне, до сих пор благодарю своего дядю, которому тогда было лет двадцать пять.
Он писал статьи в музыкальных изданиях и был великим знатоком и любителем Музыки.
Оно погиб через год, как раз после выхода на Мелодии пластинки Эдит Пиаф с его обширной аннотацией.
А пластинку эту с дарственной надписью давно уже кто-то увел.





Оригинал на pepsimist.ru: Психиатрия с музыкальным уклоном
pepsimist: (Default)
В конце восьмидесятых или в начале девяностых решили ребенку на день рождения купить ананас.
Ананас по тем временам был чем-то вроде летающих тарелок: все говорят, они есть, и кто-то даже их видел в кино, но живьем не сталкивались.
И вот, заработанные на Арбате доллары мы понесли в один из первых магазинов, принимавших к оплате валюту, недавно как раз открывшийся на Калининском проспекте, .
Крошечный ананасик, размером с большое яблоко стоил 20 баксов, сумма по тем временам внушительная.
Но чего не сделаешь для ради любимого дитя.
Купили ананас, а на оставшееся даже прихватили пару пачек «родной» жевательной резинки.
Ананас, сволочь, оказался кислым, как лимон.
Порубили его на куски, засыпали сахаром, но удовольствия все равно никакого. Очень было обидно.
Особенно с учетом того, что в обычных магазинах тогда вообще ни черта не было, а что было, только по талонам, карточкам покупателя и паспортам с пропиской.
Но хотя бы жевательной резинке порадовался ребенок, и то приятно.
А ананасы он с той поры не любит.

Ананасная радость

Оригинал на pepsimist.ru: Ананасная радость
pepsimist: (Default)
Странно было бы сейчас поздравлять с новым годом.
Поздравлять принято с приятным, добрым, хорошим, а от нового года трудно ждать вот именно всего этого.
Можно поздравить с тем, что дожили до него, это да, уже существенное достижение.
Но не был бы российским человеком, если бы не уповал на авось, на кривую, которая часто нас выводит из очередного дерьма, в которое сами же и залезаем.
Сейчас ситуация именно такая. Давно такой не было.
А уж чтобы столько тянулась и вовсе не помню.
Ну и кроме кривой и авось еще можно понадеяться на Черного лебедя, что по сути, то же что и упомянутая кривая, но структурированная и изложенная наукообразным языком.
Но нам-то какая разница, как назвать? Главное — выбраться из говна наружу с минимальными потерями.
Вот и поздравляю с тем, что надежды на это у нас все же есть.
Старые и привычные — авось да кривая.
Маленькие, хилые, но есть.
С новым годом и с новыми, но прежними надеждами вас!

Куда кривая вывезет

Оригинал на pepsimist.ru: Пра-здра-вля-ю!
pepsimist: (Default)
Помню такие коляски. Наверное, и меня в такой же возили, потому что на даче в сарае стояла ровно такая же. Когда мне было уже лет пять-шесть, на нее ставили алюминиевый молочный бидон, купленный за бутылку у грузчика местного сельпо, и с этим бидоном ходили на станцию за керосином. Если керосина в доме пока было в достатке, то бидон на коляске заменяли обычной металлической канистрой. Керосин на станцию привозили раз в неделю. Приезжала цистерна, сливала через шланг керосин в здоровенный железный бак, стоявший в ржавом металлическом гараже. К баку приставляли деревянную лестницу, на нее взбирался небритый мужик в телогрейке, и большим стальным блестящим ковшом на длинной деревянной ручке разливал керосин покупателям. И мы с полным бидоном, отчаянно воняя керосином толкали коляску в горку до самого дома. Бидон перетаскивали безопасное место, а коляску снова ставили в сарай, до следующего раза.
Когда со временем коляска окончательно развалилась, ручку все же приспособили где-то в хозяйстве, а остов и колеса забрал сосед, и собрал на их основе две тележки для перевоза по участку то ли перегноя, то ли навоза, то ли еще чего-то в этом роде.
В Совке ничего не выбрасывалось, все в дело шло.

О круговороте колясок в природе

Оригинал на pepsimist.ru: О круговороте колясок в природе
pepsimist: (Default)
Чем, собственно, этот день принципиально отличается от вчерашнего или завтрашнего или любого прочего?
Да ничем не отличается, особенно, если ты сам о нем забыл или забыли твои друзья.
Кто-то скажет, что настоящие друзья забыть не могут, но это утверждение почерпнуто из каэспешной возвышенной лирики и категорически далеко от приземленной реальности.
Так вот, ничем сегодняшний день от прочих не отличается и не может отличаться.
А по моему убеждению, и не должен.
Лет до двадцати, ну двадцати пяти можно устраивать шумные веселые многолюдные вечеринки, или разудалые поездки за город с девками и портвейном, или чопорные застолья с родственниками и их друзьями, принимать поздравления и подарки.
Да, пока молодость, пока энергия, гормоны, здоровье, уверенное ощущение того, что вся жизнь впереди, и будет она непременно счастливой, долгой и удачной.
Потом, с годами все вышеперечисленное постепенно уходит: сначала незаметно покидает юность, потом иссякает энергия, позже вместе с гормонами принимается капризничать здоровье, а после сорока пяти вдруг отчетливо понимаешь, что вся жизнь уже не впереди, а далеко позади, и сколько ее еще впереди осталось — Бог весть.
И настроения это все не поднимает, на подвиги не зовет, вдохновения не вызывает и даже романтическая светлая грусть поблизости не прогуливается.
Так к чему все это ворошить, вспоминать, осознавать, да еще, не дай бог, праздновать.
Праздновать здесь можно только одно радостное обстоятельство, — что таки дожил назло и вопреки.
А пятьдесят пять или больше-меньше, теперь это уже детали.
И на том спасибо.

Назло и вопреки

Оригинал на pepsimist.ru: Назло и вопреки
pepsimist: (Default)
Нам все время кажется.
Почти никогда, то есть практически всегда, мы не в состоянии сказать точно и определенно с цифрами в руках: вот этого столько, того столько, а тут украдено на такую-то сумму, плюс ноль-ноль копеек.
Ходят слухи, вернее, легенды, что кто-то в каком-то городе слышал о человеке, знавшего соседа персонажа, который видел сослуживца бухгалтера, гулявшего в парке с уникумом, который ни разу в жизни не употребил слов «кажется» и «вероятно».
Не потому что не знал, а за ненадобностью.
У этого уникума всё всегда было посчитано, сложено, поделено, суммировано и выписано аккуратным почерком в соответствующую графу.
Пока он чего не подсчитал и не занес в гроссбух, этого для него не существовало.
Он не беседовал об отвлеченных материях, музыку не признавал, поэзии не понимал, но весьма интересовался математическими аспектами стихосложения и скрупулезно подсчитывал количество слогов в каждой строчке хокку и очень радовался, когда уличал автора в недолжном их количестве.
Слово «фантазия» для него было отвратительным и неприличным, как пукнуть в переполненном лифте.
Совершенно не переносил всех этих писателей, выдумывающих из головы всякую чушь, которая лишь увеличивает хаос и энтропию.
Ученых тоже не уважал, потому что те постоянно придумывают и открывают что-то, смущающее умы, вместо того, чтобы аккуратно и прилежно заносить в нужные графы перепроверенные цифры и подтвержденные факты.
Книг он дома не держал, потому что не мог решить, выстраивать их на полках по цвету, по размеру, по высоте, по авторам или по тематике.
Это так его мучило и раздражало, что он перестал их покупать и лишь иногда брал в библиотеке исключительно по одной.
Он вообще страдал от богатства выбора, потому что сам не мог решиться ни на один из вариантов.
Оттого предпочитал все, что было снабжено описанием с детальной инструкцией.
Всяческая неточность и неопределенность были для него невыносимы.
Даже краны для ванной и кухни заказаны были где-то далеко и задорого.
От обычных они отличались тем, что ручки у них поворачивались не свободно, а щелкали по нанесенным на них делениям.
Для ванной раз и навсегда заведено было сочетание горячей на шесть делений, а холодной на девять.
Такая определенность и ясность его очень успокаивали и умиротворяли, потому что не надо было сомневаться, думать и делать выбор.
Потому и газовую плиту заменил на электрическую, всё с теми же делениями.
Вся его жизнь была распланирована и расчерчена на графы.
Он ужасно переживал оттого, что автобусы ездят не по расписанию, и ходил пешком.
Всюду приходил строго к назначенному времени, чем создавал для всех массу проблем.
На завтрак принимал одно яйцо первой категории, сваренное за четыре минуты по таймеру, отмеренный ломтик серого хлеба с отрубями и двести граммов молока, подогретого до сорока пяти градусов по Цельсию.
Обед и ужин более обильные, но такие же скучные.
Простыня и одеяло на кровати были снизу закреплены так, чтобы не сползали, не морщились и не нарушали своей прекрасной прямоугольной формы.
Ткань он вообще не любил, потому что ей сложно было придать правильную геометрию и сохраняла она её с трудом.
Оттого вынужденно терпел лишь одежду и постельное белье.
Роль полотенца выполняла электросушилка.
На рабочем столе под толстым зеленоватым стеклом лежал большой лист чертежной миллиметровой бумаги.
Не для красоты, а для удобства расположения предметов.
Лист бумаги и ручка непременно лежали параллельно друг другу на расстоянии двенадцати сантиметров.
Кроме того на столе всегда присутствовали двое часов, электронные и механические, показания которых точно в полночь сверялись по радио.
Погоду узнавал по спиртовому и пружинному термометрам, висевшим рядом на каждом окне.
Если вдруг заболевал, то температуру мерил сразу тремя градусниками — подмышкой, во рту и в заднице.
Поскольку каждый показывал разную температуру, он по специальной формуле высчитывал правильную с помощью логарифмической линейки, потому что калькуляторам не доверял.
Единственным украшением в квартире была выгравированная лазером на латунной пластине таблица умножения.
Такой вот скучный человек, который знал все нужное и не знал ничего ненужного.

Таблица умножения

Оригинал на pepsimist.ru: Порядочная страсть или страсть к порядку
pepsimist: (Default)
Тяжел и тернист труд российского журналиста.
Сколько шишек набьешь, сколько типунов натрешь, пока достойной прицельности добьешься.
Плотность попадания в нашем нелегком деле, это главное.
Легко и беззаботно обдристать все вокруг в радиусе пятидесяти метров, это каждый дурак может.
А вот уложить все в цель плотной кучей, да еще за минимальное время, это уже мастерство!
Это не каждому дано.
К этому талант нужен и длительные тренировки.
Такое достигается исключительно упорным трудом и ежедневным упражнением до седьмого пота и железных мозолей на всех возможных местах.

Плотность попадания в нашем нелегком деле, это главное.

Оригинал на pepsimist.ru: О тернистом пути российского журналиста сквозь запор, понос и геморрой
pepsimist: (Default)
Если на батарею отопления поставить кювету с ароматными травами, расставить по углам пару каких-нибудь пальм с лианами и фикусами, и подвесить к люстре клетку с попугаем, то получатся локальные субтропики в одной, отдельно взятой квартире.
На пол в ванной накидать песка из детской песочницы, а в саму ванну насыпать гальку с ближайшей стройки.
В фототоварах купить софит на два киловатта и пристроить там же.
Выйдет почти море или даже, положим, океан.
Да! И непременно завести файл с шорохом волн, шумом прибоя, воплями чаек, сигналами SOS и прочими типичными тропическими звуками.
Для пущей аутентичности подъехать к общежитию университета патриса-лумумбы, и за скромную сумму пригласить полкурса шоколадных дамочек для исполнения под клеткой с попугаем народных негрских танцев и песен островных народностей.
На соломенные юбки для дам можно распустить связку веников, а для ожерелий отлично подойдут фарфоровые изоляторы и изящные нитки новогодних лампочек.
И будет у вас сплошной алоха, что в переводе значит — отпад.

Как устроить Гавайи с доставкой на дом

Оригинал на pepsimist.ru: Гавайи с доставкой на дом
pepsimist: (Default)
Дождь капает с бровей, стекает по усам, течет за шиворот.
Кеды хлюпают по тонкой пленке желтой глины на асфальте.
Почему всегда глина, откуда непременная грязь на асфальте?
Даже в центре, где и земли-то нет.
А все равно.
Ветром что-ли наносит.
Или город тает, сыплется потихоньку прахом.
Говорят же про стариков, что из них песок сыпется.
Хотя в городе домов-то старых осталось раз-два и обчелся.
Сыпаться особенно нечему.
Или новоделы так строят, что сыпаться от старости начинают еще до того, как сдали.
Так и идешь по праху.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Дождь и прах. Комментировать можно и здесь и там.
pepsimist: (Default)
Чем хорошо здоровье?
Тем, что оно есть.
Когда его нет, то жизнь уже совсем не та, не та.
То есть сама жизнь еще имеет место быть, но удовольствия почти не доставляет.
В основном, просто фактом своего наличия.
Потому что без жизни не было бы не только здоровья, но и его отсутствия, то есть присутствия на его месте всевозможных хворей, болезней, камней и непроходимости одновременно с недержанием.
Тело чувствуешь, но не так, не там и не тогда, когда хотелось бы.
Острое ощущение печени среди ночи не делает сон крепче и ярче по содержанию.
А тахикардия и вспышки в голове не продлевают страстные объятия во все места.
Да и какая страсть при тестостероне ноль пятнадцать и холестерине восемь.
Или ноль тридцать и семь.
Поэтому всем надо бросать курить и пить, срочно перестать есть жирное-острое-соленое, приниматься больше бегать, прыгать, отжиматься в горизонтальной плоскости и подтягиваться в вертикальной.
Здоровья от этого может и не прибавится, но ощущение полной и насыщенной жизни не покинет больше вас.
Сколько эмоций вызовет отказ от кружечки пива, стаканчика вина, рюмочки коньяку и ароматной сигары.
А мощный выброс гормонов при взгляде на жующих бифштекс с кровью и явно получающих от этого удовольствие, в отличие от вас, уныло перетирающих зубами салатные листья с морковкой.
По-моему, ученые и фармакологи идут не в том направлении.
Они пытаются изобрести сотни и тысячи химических соединений, которые должны сглаживать симптомы болезней, вызываемых неправильным питанием и совершенно сидячим образом жизни в обнимку с жирным-острым-соленым.
А им, ученым, надо придумать всего пару формул, которые сделают все вредное — скучным и противным, а полезное — вкусным и приятным.
Тогда все бросят пить двойной эспрессо с тремя порциями сахара и заменят его на сок из спаржи и свекольный салат с рыбьим жиром.
А от тренажеров и эспандеров за уши будет не оттащить.
Все бросят автомобили и пересядут на велосипеды, а с утра станут совершать пробежки в двенадцать километров по сильно пересеченной местности.
Здоровье населения поднимется, как на дрожжах, а прочее поднимется само по себе.
Стремительно вырастет рождаемость, возрастет предпринимательская активность, как следствие увеличатся доходы, налоговые отчисления, социальные льготы, страшно подскочит МРОТ вместе с пенсиями и, вообще, настанет всеобщее благоденствие, не говоря уже о благорастворении воздухов.
Словом, надо взять всех фармакологов, химиков и прочих радетелей за народное счастье, дать им по мозгам, которыми они должны думать и продолжать давать до тех пор, пока из этих мозгов не выскочат заветные формулы.
А вот тогда уже заживем!..

Занимайтесь физкультурой!

Оригинал записи на pepsimist.ru: О пользе физкультуры с рыбьим жиром. Комментировать можно и здесь и там.
pepsimist: (Default)
Мысль у придорожного камня

Направо пойдешь — оптимистом станешь, налево пойдешь — пессимистом будешь, а никуда не пойдешь — в пофигисты попадешь.
Пофигистам, в отличие от прочих, ни плохо и ни хорошо, им, что бы ни произошло, все фиолетово и перпендикулярно.
И в этом есть своя сермяжная правда.
Она же посконная, домотканая и кондовая, как верно подметил однажды небезызвестный теплотехник, истребитель и заклинатель слонов.
К чему, в самом деле, париться из-за плохого или радоваться хорошему, когда можно забить на то и на другое большой-пребольшой болт и постоянно пребывать в спокойствии и безмятежности.
Тут, правда, присутствует одна тонкость, она же засада, она же подлянка.
Забив болт на все, превратишься не столько в безмятежного, сколько в равнодушного и безучастного.
Безучастного ко всему, не только к плохому. Хорошее тоже станет пофиг.
А это уже не то, чего бы хотелось.
Одно дело, не переживать из-за неприятностей и совсем другое, не замечать радостного и позитивного, коего у среднестатистического человека и без того в недостатке.
То есть умом понимать, но эмоций по этому поводу никаких не испытывать.
Скажем, выиграл в моментальную лотерею тридцать миллионов рублей и, как нормальный человек и гражданин тут же должен обширно обделаться на радостях.
А оно — фиг.
Калькулятор в мозгу есть, а радости нет.
Как-то грустно, девицы.
Так что пофигизм при всей своей привлекательности не есть вещь сугубо положительная, ибо ведет к эмоциональному опустошению и духовному вырождению.
Потому остается по-старинке видеть стакан кому-то наполовину пустым, кому-то наполовину полным.
А самый умный скажет, что остограмиться, это как раз то, что доктор прописал: меньше — не хватит, больше — ни к чему.
Поэтому не надо дергаться, граждане, не надо ломать себя через свое же колено в попытках стать не тем, кто вы есть.
Будьте оптимистами, будьте пессимистами, а так же флегматиками, меланхоликами, сангвиниками и прочими холериками.
Короче, будьте собой, да воздастся вам.
По полной программе.

Оригинал на pepsimist.ru: Мысль у придорожного камня

pepsimist: (Default)
Нет, нет, Жора, я тебе скажу, чтоб ты знал.
Просто чтоб ты знал и был мудрым и спокойным.
Чтоб ты был мудрым, светлым и радостным и не переживал по мелочам.
Ты, Жора, когда-нибудь станешь старым, больным, седым, с язвой, геморроем и камнями в печени.
У тебя будут скрипеть суставы и живот начнет урчать, как сливной бачок на Казанском вокзале.
Да-да, Жора, я знаю о чем говорю.
Ты станешь лысым и ворчливым.
Но ты будешь мудрым, Жора.
У тебя будут слава и деньги и поклонницы станут бегать за тобой по пляжу, чтобы ты расписался у них на загорелой груди.
Даже если они не станут бегать за тобой, потому что у тебя не будет ни славы ни денег, ты будешь плевать на это своей скудной слюной.
Ты будешь плевать, потому что слава, деньги и поклонники приходят и уходят, а мудрость остается.
Девушки не будут тебя любить.
Девушки не будут тебя любить, но будут уважать тебя за то, что ты старый, седой, с одышкой, люмбаго и ревматизмом во всех местах.
Девушки даже могут не уважать тебя, потому что они не любят старых, седых и сипящих при выдохе.
Но ты будешь мудрый, Жора, и не станешь переживать из-за девушек, потому что девушки приходят и уходят.
Им вообще сложнее, потому как сейчас она девушка, а не успела оглянуться — и уже женщина, уже морщины, уж дети, мужья, и отвисло то, чем раньше так гордилась.
Приходят девушкой, а женщиной уходят.
Девушка, это как молочные зубы.
Это то, что так берегут, и что так мечтают потерять.
И ты не будешь из-за них переживать, ты будешь их жалеть.
Ты будешь их жалеть, потому что девушкой нельзя быть всегда, а мудрость никуда не денется.
Мудрость останется даже тогда, когда ты впадешь в детство и склероз.
Ты впадешь в детство и станешь мудрым ребенком.
Ты будешь мудрым седым ребенком с люмбаго, склерозом, и скрипом в суставах.
И будешь радоваться, потому что дети не помнят зла.
Они его не помнят, потому что еще не знают.
А ты его не будешь помнить, потому что уже забыл.
И ты будешь радоваться, как ребенок, который еще не знает, как бывает больно, страшно, тоскливо, одиноко и несправедливо.
Он еще не знает, как больно, когда бьют и предают.
Поэтому, Жора, я тебе скажу, чтоб ты знал.
Чтоб ты знал, и был мудрым и веселым.
Я тебе скажу, Жора — девушки, деньги и поклонники когда-нибудь кончаются, а мудрость остается.
За твое здоровье, Жора!

Чтоб ты был здоров, Жора
Пустяки, Жора
Я тебе скажу, Жора
Жора

Оригинал статьи:
pepsimist: (Default)
Нет, нет, Жора, я тебе скажу, чтоб ты знал.
Просто чтоб ты знал и был мудрым и спокойным.
Чтоб ты был мудрым, светлым и радостным и не переживал по мелочам.
Ты, Жора, когда-нибудь станешь старым, больным, седым, с язвой, геморроем и камнями в печени.
У тебя будут скрипеть суставы и живот начнет урчать, как сливной бачок на Казанском вокзале.
Да-да, Жора, я знаю о чем говорю.
Ты станешь лысым и ворчливым.
Но ты будешь мудрым, Жора.
У тебя будут слава и деньги и поклонницы станут бегать за тобой по пляжу, чтобы ты расписался у них на загорелой груди.
Даже если они не станут бегать за тобой, потому что у тебя не будет ни славы ни денег, ты будешь плевать на это своей скудной слюной.
Ты будешь плевать, потому что слава, деньги и поклонники приходят и уходят, а мудрость остается.
Девушки не будут тебя любить.
Девушки не будут тебя любить, но будут уважать тебя за то, что ты старый, седой, с одышкой, люмбаго и ревматизмом во всех местах.
Девушки даже могут не уважать тебя, потому что они не любят старых, седых и сипящих при выдохе.
Но ты будешь мудрый, Жора, и не станешь переживать из-за девушек, потому что девушки приходят и уходят.
Им вообще сложнее, потому как сейчас она девушка, а не успела оглянуться — и уже женщина, уже морщины, уж дети, мужья, и отвисло то, чем раньше так гордилась.
Приходят девушкой, а женщиной уходят.
Девушка, это как молочные зубы.
Это то, что так берегут, и что так мечтают потерять.
И ты не будешь из-за них переживать, ты будешь их жалеть.
Ты будешь их жалеть, потому что девушкой нельзя быть всегда, а мудрость никуда не денется.
Мудрость останется даже тогда, когда ты впадешь в детство и склероз.
Ты впадешь в детство и станешь мудрым ребенком.
Ты будешь мудрым седым ребенком с люмбаго, склерозом, и скрипом в суставах.
И будешь радоваться, потому что дети не помнят зла.
Они его не помнят, потому что еще не знают.
А ты его не будешь помнить, потому что уже забыл.
И ты будешь радоваться, как ребенок, который еще не знает, как бывает больно, страшно, тоскливо, одиноко и несправедливо.
Он еще не знает, как больно, когда бьют и предают.
Поэтому, Жора, я тебе скажу, чтоб ты знал.
Чтоб ты знал, и был мудрым и веселым.
Я тебе скажу, Жора — девушки, деньги и поклонники когда-нибудь кончаются, а мудрость остается.
За твое здоровье, Жора!

Чтоб ты был здоров, Жора
Пустяки, Жора
Я тебе скажу, Жора
Жора

Оригинал статьи:

December 2016

S M T W T F S
    123
4 5 6 7 8 910
11 12 13 14 151617
18 19 20 21 222324
25 262728293031

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 12:54 am
Powered by Dreamwidth Studios